Совсем через короткий промежуток времени, после открытия Альбертом Хоффманом молекулы ЛСД, психологический мир захватила идея психоделической терапии. Много психотерапевтов убеждались в высокой эффективности использования психоделиков в свой практике. Эти вещества, с лучшими результатами, помогали самораскрытию пациентов, избавлению от депрессии, фобий, навязчивых состояний. А в некоторых случаях, например, в лечении алкогольной зависимости, ЛСД-терапия до сих пор остаётся самым эффективным средством. Но из-за определённых общественных и политических событий, в 1970 году в США запретили к обороту психоделики, в том числе и в исследовательских целях. А в скором времени и по всему остальному миру.

Одним из исследователей ЛСД был психолог и психиатр Станислав Гроф. Лишившись возможности исследовать изменённое состояние сознание с помощью веществ, он разработал технику, воспроизводящую похожие феномены восприятия, какие наблюдал у пациентов после принятия психоактивных веществ. Эта техника называется холотропное дыхание и заключается в гипервентиляции лёгких, более глубоким и более быстрым дыханием, что приводит к кислородному голоданию и, вследствие этого, торможению коры головного мозга (самая энергоёмкая часть человеческого мозга), на фоне которого более интенсивно начинает работать подкорка.

Люди стали какими-то другими. Я не мог понять что с ними не так, но они отличались от людей 10 минут назад. Я всматривался в лица, и не мог понять, что в них изменилось. Но я был уверен, что это уже другие люди. Я со всей полнотой осознавал, что они отличаются, от прежних. Вокруг не было ни одного прежнего человека. Изменились все. Меня не было 10 минут, и за это время все преобразилось. Мне тяжело было мыслить. И ещё сложнее говорить. Мысли не складываются, а те что складываются, не выражаются в словесную форму. Я выдаю какую-то примитивную абракадабру слов, по которой можно было уловить эмоциональное состояние, но невозможно понять смысл. Мне было страшно смотреть в небо. Мой взгляд был направлен в землю. Я смотрел на траву. Украдкой бросал взгляд на облака и тут же возвращал его к траве. Небо пугающее и огромное, просто необъятное. Необъятное даже мыслью. А трава, она зелёная. И листики такие отдельные, торчат пучками. Кажется, я никогда её не видел такой. Никогда не видел её так ясно. И ходить по земле так странно. Я как будто её не касаюсь, ступаю в нескольких миллиметрах над ней. И мой шаг неуверенный, неустойчивый. Поднимаю взгляд и оглядываюсь вокруг. Здания, поле, люди, шатры. Все такое странное. И цвета странные, насыщенны…

Я уже писал о том, как в мою жизнь год назад случайно пришел бег, как я пробежал свои первые пять километров. Это была невероятная победа. Я сделал то, что не мог никогда сделать раньше. И при этом мне понадобилось всего несколько месяцев, чтоб перевернуть свои представления о возможном. После этой малюсенькой победы мой горизонт возможного расширился до огромных пределов, и я даже подумал о том (да как только посмел), что смогу подготовиться к марафону. Раньше допустить такую мысль до своего сознания я просто не мог.

Чтение интернета приводило к выводу, что подготовиться к марафону с нуля за 1 год невозможно. Знающие парни настоятельно советовали в первый год обойтись хотя бы полумарафоном, а лучше дистанцией в 10 километров. И я поставил себе цель пробежать 28 июня 2015 года марафон в Санкт-Петербурге. Да-да, именно марафон и именно через 8 месяцев после первого преодоления 5 км.

О нет-нет. Я не осознавал, на что я иду. Совсем. Хотя не так. Я все-таки осознавал, на что иду, но мои представления совсем не совпали с реальностью. Реальность оказалась гораздо более эмоциональной и яркой. Стоило это того? О, безусловно! Хотя что это за штамповый вопрос? Он не более информативен, чем вопрос “как дела?”.

Мы поехали во Владимир на первой электричке. Рома немного повозмущался, что ему приходится так рано вставать. Но лишь немного. Перед электричкой мы собрались с остальными ребятами нашей группы, и уже в электричке стали знакомиться, находить общие темы и даже сближаться. А все ребята как на подбор, один интересней и прекрасней другого. Через 3 часа поездки, которые оказались не такими уж и длинными, как ожидалось, мы высадились во Владимире и добрались на такси до аэродрома Семязино.

Кратко говоря, подвешивание — это процедура при которой человека подвешивают в воздухе за крюки продетые через кожу. Т.е. весь вес тела человека приходится на несколько участков кожи. Когда я впервые узнал об этом явлении, то испытал некий шок и замешательство. У меня в голове не могло уложиться, как такое может существовать и зачем это кому-то может быть нужно. А фотографии этих процедур вызывали неприязнь и отвращение. Кроме того, я боюсь боли и избегаю ее. И физической и эмоциональной. Поэтому посматривал я на это явления из-за угла и с осторожность.

Среди моих знакомых нет людей, которые когда-либо подвешивались. Соответственно узнать у кого-то, для чего это и каково это, не представлялось возможным. Но есть пара знакомых, которые как-то, пару лет назад, обмолвились, что хотели бы подвеситься. Я же, когда примерил это на себя, испытал страх. И этот страх во мне остался и всплывал каждый раз когда я натыкался на упоминание подвешивания в интернете.